Viktor Abakumov naquit le 11 avril 1908, fils d'un ouvrier et d'une blanchisseuse. Le futur chef du SMERSH passa son enfance et sa jeunesse à Moscou.
Les parents du garçon étaient illettrés, comme beaucoup de familles pauvres de la ville. Son père gagnait sa vie en nettoyant des hôpitaux, puis devint chauffeur de chaudière. Sa mère travaillait dans un atelier de couture avant la Révolution, et après le changement de pouvoir, elle trouva un emploi de blanchisseuse dans un établissement médical.
Lors de sa candidature au Soviet suprême de l'URSS, Abakumov déclara avoir suivi quatre années d'école municipale, mais selon certaines sources, il aurait exagéré ce chiffre d'un an.
Début 1921, le jeune homme rejoignit la Brigade moscovite des unités spéciales, où il servit pendant deux ans comme infirmier. Après avoir quitté l'armée, Viktor erra de ville en ville pendant quelques années, travaillant comme manutentionnaire et ouvrier.
En 1925, à dix-sept ans, il trouva un emploi d'emballeur chez Mospromsoyuz. Peu après, on lui proposa un poste d'agent de sécurité dans une entreprise militaro-industrielle de la capitale. En 1927, il adhéra au Komsomol et, un an plus tard, fut muté à l'entrepôt d'emballage de Centrosoyuz.
Après son adhésion au Parti communiste, Viktor connut une ascension fulgurante. La campagne menée pour intégrer la classe ouvrière aux rangs du parti joua un rôle déterminant dans cette progression. Au début de la vingtaine, le jeune militant devint secrétaire de la cellule du parti et occupa le poste de chef adjoint du département du commerce et des colis du Commissariat du peuple.
Peu après, ce membre actif du Komsomol fut muté à l'usine de presse, où il dirigea la cellule jeunesse du parti et occupa le poste de secrétaire. Au début des années 1930, Abakumov fut nommé au Comité du Parti du district de Zamoskvorechye, à la tête du département militaire.
"À BAS LES ESPIONS !"
Comme guidé par une main invisible, Viktor gravit rapidement les échelons du pouvoir. Après le Comité de district de Zamoskvoretsky, il intègre l'OGPU régionale où, après un stage, Abakumov devient représentant autorisé du département économique. Six mois plus tard, le jeune spécialiste est convoqué au siège de l'OGPU, rebaptisé par la suite NKVD.
La progression de carrière du tchékiste marque un coup d'arrêt en 1934, lorsqu'il est affecté à l'Administration principale du Goulag, où il devient représentant autorisé opérationnel du département de la sécurité. Selon certaines sources, durant cette période, Viktor Semionovitch était tellement fasciné par la gent féminine et la danse qu'il en oubliait parfois ses obligations professionnelles. Le tchékiste de 26 ans gagne même le surnom de « cow-boy » (le vagabond).
L'« exil » d'Abakumov à l'Administration principale des camps est de courte durée : trois ans plus tard, il est promu. En 1938, le jeune lieutenant de la sécurité d'État devint l'assistant du chef du département politico-secret.
Ce poste impliquait de mener des interrogatoires, au cours desquels le lieutenant, d'un zèle excessif, n'hésitait pas à employer la force. Abakoumov « travaillait » avec un tel zèle sur les personnes arrêtées qu'il attira rapidement l'attention de Bogdan Koboulov, chef du département politico-secret. Proche collaborateur de Lavrenti Beria, « Koboulitch » était l'un des maîtres les plus brutaux des interrogatoires fondés sur la torture.
Fort des éloges et des recommandations de son supérieur, Viktor fut nommé chef de la direction du NKVD pour Rostov et sa région. En 1938, il fut promu capitaine, puis, deux ans plus tard, commandant en chef du NKVD.
Lavrenti Beria occupait une place particulière dans le cœur de ses employés dévoués et ardents. Abakoumov, devenu son adjoint avant le début de la Grande Guerre patriotique et, quelques mois plus tard, à la tête du contre-espionnage militaire, comptait également parmi ses favoris. À l'été 1941, Viktor Semionovitch fut promu commissaire à la sécurité d'État de troisième rang, ce qui lui conférait le grade de lieutenant-général dans la hiérarchie militaire.
En 1943, le contre-espionnage militaire fut réorganisé et retiré du commandement de Lavrenti Pavlovitch. Rebaptisé SMERSH, il fut placé sous l'autorité directe de Joseph Staline. Dès lors, Viktor Abakoumov devint un habitué des bureaux du Kremlin.
La mission du directeur du SMERSH était d'identifier les conspirateurs au sein du haut commandement militaire. Abakoumov y fit preuve d'un zèle et d'un dévouement sans faille envers Staline : il organisa des opérations de surveillance et d'écoutes téléphoniques, et recueillit des preuves et des dénonciations compromettantes. Des figures historiques telles que Gueorgui Joukov, Vassili Gordov, Grigori Koulik et de nombreux autres chefs militaires furent placées sous la surveillance du chef de la Direction principale du contre-espionnage, et certaines furent exécutées. Pour son zèle et son travail acharné à identifier les traîtres, Viktor Semionovitch fut décoré de l'Ordre du Drapeau rouge, des ordres Souvorov et Koutouzov, de l'Ordre de l'Étoile rouge et de nombreuses médailles.
Abakumov reçut l'ordre Souvorov pour la déportation des Tchétchènes et des Ingouches, et l'ordre Koutouzov pour les répressions brutales perpétrées en Pologne et en Prusse. En 1945, le chef du contre-espionnage avait été promu colonel général et était devenu l'un des plus proches conseillers du « Père des peuples ». Immédiatement après la fin de la guerre, Staline réorganisa le ministère de la Sécurité d'État et nomma Viktor Abakumov à la tête de cette nouvelle agence.
Le dirigeant voyait en son subordonné un homme loyal et redoutable, et le nomma donc à la tête du ministère. Abakumov inspirait une telle crainte qu'elle en faisait trembler les genoux, et la haine était tout aussi intense. D'après les mémoires de ses contemporains tchékistes, il était flatté à l'extrême par la peur et la terreur qu'il inspirait à son entourage. Viktor Semionovitch se vantait régulièrement d'avoir, grâce à ses agissements, fait perdre leur poste à de hauts fonctionnaires, voire la vie.
Des chercheurs affirment que Viktor Abakumov est directement responsable de la mort de Solomon Mikhoels, l'artiste du peuple déchu de l'Union soviétique. Il a avoué ce crime lors d'un interrogatoire, rejetant la faute sur Staline et se présentant comme le seul coupable. Le meurtre de Mikhoels a été maquillé en accident.
Même après avoir accédé à un poste important, Abakumov n'hésitait pas à torturer et à tourmenter personnellement les accusés.
L'année 1950 marqua un tournant dans la carrière fulgurante du chef tchékiste : Staline commença progressivement à prendre ses distances avec lui. Les responsables du Parti se présentèrent les uns après les autres au ministère de la Sécurité d'État, signe de la méfiance du dirigeant envers la direction tchékiste. En 1951, Abakoumov fut finalement suspendu du MGB.
AFFAIRE PÉNALE
Peu après, l'un des subordonnés de Viktor Semionovitch, l'enquêteur principal du ministère, M. Ryumin, déposa une dénonciation contre lui. Il était reproché à Abakoumov d'avoir dissimulé au Comité central des défaillances du contre-espionnage en Allemagne en omettant de signaler l'extraction de minerai d'uranium dans les usines de Wismout. Ryumin affirmait également que son supérieur était responsable de la libération du cardiologue Yakov Etinger, témoin clé dans l'affaire des médecins assassins. Bien que russe, Abakoumov fut accusé de complot sioniste.
L'ancien chef du MGB fut inculpé de « tromperie envers le Parti » en juillet 1951. L'ancien favori de Staline passa six mois au parquet, puis, sur ordre de Staline lui-même, son dossier fut transféré au ministère de la Sécurité d'État.
Confiné dans les cachots de son ancien département, Abakoumov subit de plein fouet tous les supplices de l'interrogatoire. Ses anciens collègues s'empressèrent de lui infliger les méthodes de torture les plus sophistiquées qu'ils avaient récemment pratiquées.
Au début du printemps 1952, le tout-puissant chef du contre-espionnage était méconnaissable : il tenait à peine debout, épuisé par les tortures incessantes. Abakoumov refusa cependant d'avouer sa culpabilité, ce qui entrava considérablement l'enquête. Après quelque temps, le prisonnier fut transféré à Boutyrka, où il resta menotté.
Staline supervisa personnellement le déroulement de l'affaire des « médecins » et de l'affaire Abakoumov-Schwartzman, s'irritant constamment de la lenteur des investigations. Début 1953, le secrétaire général ordonna au ministre de la Sécurité d'État de traduire Abakoumov devant le Collège militaire, où, après un procès sans avocat ni procureur, lui et les autres accusés devaient être exécutés.
Après la mort de Joseph Staline, Abakoumov eut une chance d'être libéré, mais aucun de ses anciens camarades ne se précipita pour le secourir. Molotov et Malenkov refusèrent, se souvenant de vieilles rancunes, et Beria était préoccupé par sa propre survie. Certains historiens pensent que Viktor Semionovitch dut son salut à son refus de confirmer le « complot des médecins » jusqu'au bout, malgré d'horribles tortures. Quelques semaines après la mort du dirigeant, l'ancien chef du SMERSH et plusieurs autres accusés furent libérés.
VIE PRIVÉE
Le chef des Tchékistes de Staline possédait une allure élégante et distinguée, ce qui le rendait populaire auprès de la gent féminine. Dans sa jeunesse, il mena une vie dissolue, abusant souvent de sa position officielle pour assouvir ses pulsions sexuelles. Ses supérieurs savaient pertinemment qu'Abakoumov faisait venir des prostituées dans des maisons closes, mais ils fermèrent longtemps les yeux.
L'épouse de Viktor Semyonovich était Antonina, fille du célèbre hypnotiseur Nikolaï Smirnov. Ce haut fonctionnaire influent obtint pour elle le grade de capitaine de la sécurité d'État.
Les Abakoumov vivaient dans un confort absolu. Grâce à ses relations, le tchékiste acquit un appartement de 300 mètres carrés, d'où quinze familles avaient été expulsées. Lors d'une perquisition au domicile de l'ancien favori du dirigeant, plusieurs réfrigérateurs, des meubles anciens, des montres de luxe et des chaussures de fabrication étrangère furent découverts et confisqués.
À l'été 1951, Antonina fut arrêtée. Elle était déjà mère d'un petit garçon de deux mois, Igor, qui fut envoyé au bagne avec sa mère. Au printemps, le cas de l'épouse d'Abakumov a été réexaminé et elle a été libérée.
Igor Viktorovitch a vécu toute sa vie sous le nom de famille de sa mère, Smirnov. Il a reçu une excellente éducation et est devenu un scientifique renommé dans le domaine de la psychodiagnostic informatisée. Le fils du bourreau en chef de l'URSS est décédé en 2004.
EXÉCUTION
En 1954, l'affaire Abakumov fut rouverte, mais pour des accusations différentes. Beria étant décédé, Viktor Semionovitch fut ajouté à la liste des membres de la « bande Beria ». Il fut jugé avec cinq autres accusés au Cercle des officiers du district de Leningrad.
Les principales accusations lors du procès comprenaient la falsification de dossiers d'enquête, les arrestations arbitraires, la torture et les mauvais traitements lors des interrogatoires. Cinq employés du secrétariat furent accusés d'avoir dissimulé des plaintes de prisonniers. Viktor Abakumov fut condamné à mort par peloton d'exécution.
L'exécution eut lieu le 19 décembre 1954. Le lieu d'exécution du tout-puissant tchékiste était un peloton d'exécution près de Leningrad, connu sous le nom de Poustosh Levachovskaya.
ДЕТСТВО И ЮНОСТЬ
Виктор Абакумов родился 11 апреля 1908 года в семье чернорабочего и прачки. Детство и юность будущего руководителя СМЕРШа прошли в Москве.
Родители мальчика были людьми необразованными, как и многие городские бедняки. Отец зарабатывал на жизнь уборкой больничных помещений, а после устроился истопником. Мать до революции трудилась в швейной мастерской, а после смены власти устроилась прачкой в медучреждение.
Выдвигая свою кандидатуру в Верховный Совет СССР, в графе об образовании Абакумов указал четыре года городского училища, но по некоторым свидетельствам эту цифру кандидат завысил на год.
В начале 1921-го юноша присоединился к Московской бригаде частей особого назначения, где два года прослужил санитаром. Оставив службу, Виктор еще пару лет кочевал с места на место: подрабатывал грузчиком, подсобным рабочим.
В 1925 году семнадцатилетний молодой человек устроился упаковщиком в Моспромсоюз. Вскоре Абакумову предложили должность охранника на одном из военно-промышленных предприятий столицы. В 1927-м парень стал членом ВЛКСМ, а еще через год перевелся на склад упаковки в Центросоюз.
После вступления в компартию Виктор ощутил резкий карьерный рост. Большую роль в этом взлете сыграла проходившая тогда кампания по выдвижения рабочего класса в ряды партии. В двадцать с небольшим молодой партиец стал секретарем партийной ячейки и занял должность замначальника торгово-посылочного отдела Народного комиссариата.
Вскоре активного комсомольца перевели на завод «Пресс», где он возглавил партийную ячейку молодежи и занял пост секретаря. В начале тридцатых Абакумов был назначен в райком Замоскворечья, на должность заведующего военным отделом.
"СМЕРТЬ ШПИОНАМ"
Словно направляемый незримой рукой, Виктор быстро двигался к самой верхушке властных структур. Следующей после Замоскворецкого райкома ступенью стал областной ОГПУ, где Абакумов после прохождения практики стал уполномоченным экономического отдела. Через каких-то полгода молодой специалист был приглашен в центральный аппарат ОГПУ, позже переименованный в НКВД.
Карьерный рост чекиста приостановился в 1934-м, когда его отправили в главное управление ГУЛага, где он стал оперативным уполномоченным отдела охраны. В некоторых источниках сообщается, что в этот период Виктор Семенович был так увлечен противоположным полом и танцами, что порой забывал о своих должностных обязанностях. За 26-летним чекистом в те годы даже закрепилось прозвище «фокстротчик».
«Ссылку» в Главном Управлении лагерей Абакумов отбывал недолго: уже через три года активного служащего повысили в звании. В 1938 году новоиспеченный лейтенант государственной безопасности стал помощником начальника секретно-политического отдела.
Эта должность была связана с проведением допросов, на которых ретивый лейтенант не жалел физической силы. Абакумов с таким усердием «обрабатывал» арестованных, что вскоре попал в поле зрения Богдана Кобулова – начальника секретно-политического отдела. Являясь ближайшим соратником Лаврентия Берии, «Кобулич» был одним из самых жестоких мастеров пыточного ведения допросов.
Заручившись похвалой и рекомендациями старшего товарища, Виктор получил должность руководителя УНКВД по Ростову и области. В 1938 году ему присвоили звание капитана, а еще через два года – старшего майора НКВД.
Исполнительные и горячо преданные сотрудники были у Лаврентия Берии на особом счету. В число любимчиков попал и Абакумов, который перед началом Великой Отечественной стал заместителем Берии, а уже через несколько месяцев возглавил военную контрразведку. Летом 1941-го Виктор Семенович стал комиссаром госбезопасности 3-го ранга, то есть по армейской иерархии генерал-лейтенантом.
В 1943-м военная контрразведка была реорганизована и выведена из подчинения Лаврентия Павловича. Ведомство переименовали в СМЕРШ и отдали в непосредственное подчинение Иосифу Сталину. С тех пор Виктор Абакумов стал частым посетителем кремлевского кабинета.
Задачей руководителя СМЕРШа было выявление заговорщиков среди высшего военного руководства. Здесь Абакумов проявил всю свою ретивость и преданность Сталину: организовывал слежки, прослушки, собирал компромат и доносы. В поле зрения начальника главного управления контрразведки попали такие исторические фигуры, как Георгий Жуков, Василий Гордов, Григорий Кулик и многие другие военачальники, часть из которых была расстреляна. За рвение и активную работу по выявлению предателей Виктор Семенович был удостоен Первого ордена Красного Знамени, Суворовского и Кутузовского орденов, ордена Красной звезды и многочисленных медалей.
Орден Суворова Абакумов получил за депортацию чеченцев и ингушей, а орден Кутузова – за жестокие репрессии на территории Польши и Пруссии. К 1945 году глава контрразведки дослужился до звания генерал-полковника и стал одним из самых приближенных людей «отца народов». Сразу же после окончания войны Сталин реорганизовал Министерство госбезопасности и во главу нового ведомства поставил Виктора Абакумова.
Вождь видел в своем подчиненном преданного и внушающего страх человека, поэтому на пост главы министерства назначил именно его. Абакумова боялись до дрожи в коленях, так же сильно было и чувство ненависти к нему. По воспоминаниям современников чекиста, ему безумно льстило, что его фигура наводит страх и ужас на окружающих. Виктор Семенович не раз хвастал, что благодаря его деятельности лишились постов и даже жизней чиновники самых высших рангов.
Исследователи утверждают, что Виктор Абакумов несет прямую ответственность за смерть Соломона Михоэлса, впавшего в опалу Народного артиста Советского Союза. В этом злодеянии он позже признался на допросе, возложив главную вину на Сталина, а себя выставив лишь исполнителем. Убийство Михоэлса было замаскировано под несчастный случай.
Даже став большим начальником, Абакумов не брезговал собственноручно пытать и истязать обвиняемых.
Год 1950-й стал переломным в головокружительной карьере главного чекиста: Сталин стал постепенно отдалять его от своей персоны. В Министерство госбезопасности один за другим начали приходить партийные работники, что говорило о недоверии вождя в отношении чекистского руководства. В 1951-м Абакумов был окончательно отстранен от работы в МГБ.
УГОЛОВНОЕ ДЕЛО
Вскоре один из подчиненных Виктора Семеновича – старший следователь министерства М. Рюмин настрочил на него донос. В заявлении утверждалось, что Абакумов скрыл от ЦК провалы контрразведки в Германии, не доложив о добываемой на фабриках «Висмута» урановой руде. Так же Рюмин сообщил, что по вине его начальника был выпущен на свободу кардиолог Яков Этингер, который был важным свидетелем по делу о врачах-убийцах. Несмотря на то, что Абакумов был русским, его обвинили в сионистском заговоре.
Обвинение в «обмане партии» бывший руководитель МГБ получил в июле 1951-го. Полгода бывший фаворит Сталина провел в изоляторе прокуратуры, а затем по приказу «самого» его дело было передано в Министерство Госбезопасности.
Попав в казематы некогда родного ведомства, абакумов на собственной шкуре испытал все прелести допросов. бывшие коллеги с удовольствием применяли к нему все самые изощренные пытки, которые не так давно практиковал он сам.
В начале весны 1952-го всесильного главу контрразведки было не узнать: из-за бесконечных истязаний он еле мог стоять на ногах. Однако вину свою Абакумов признавать отказывался, что сильно затрудняло ход следствия. Через некоторое время заключенного перевели в Бутырку, где с него ни на минуту не снимали наручники.
Сталин лично контролировал, как продвигается «дело врачей» и дело Абакумова-«Шварцмана», всякий раз раздражаясь медленным течением следствия. В начале 1953-го генсек приказал министру госбезопасности вынести дело Абакумова на Военную коллегию, где после суда без участия адвоката и прокурора его и других обвиняемых предполагалось расстрелять.
После смерти Иосифа Сталина у Абакумова появился шанс на освобождение, но никто из прежних соратников вытаскивать его не спешил. Молотов и Маленков не сделали этого, помня о давних обидах, а Берия был занят спасением собственной персоны. По мнению некоторых историков, Виктора Семеновича спасло то, что он до последнего не подтверждал «заговор врачей», даже несмотря на чудовищные пытки. Через несколько недель после кончины вождя бывшего главу СМЕРШ и еще нескольких обвиняемых выпустили на свободу.
ЛИЧНАЯ ЖИЗНЬ
Главный сталинский чекист обладал красивой, статной внешностью, благодаря чему пользовался популярностью у слабого пола. В молодости он вел распутный образ жизни, и часто для удовлетворения своих любовных потребностей пользовался служебным положением. О том, что Абакумов приводит девиц легкого поведения на конспиративные квартиры, начальство прекрасно знало, но долгое время закрывало на это глаза.
Супругой Виктора Семеновича стала Антонина, дочь известного в то время гипнотизера Николая Смирнова. Своей жене влиятельный функционер выхлопотал звание капитана государственной безопасности.
Свой быт Абакумовы организовали с максимальным комфортом. Пользуясь связями, чекист заполучил трехсотметровую квартиру, из которой предварительно выселили полтора десятка семей. Когда в доме бывшего любимчика вождя проводили обыск, было обнаружено и изъято несколько холодильников, антикварная мебель, трофейные часы, обувь заграничного производства.
Летом 1951-го Антонину арестовали. На руках у нее уже был двухмесячный сын Игорь, который отправился в колонию вместе с матерью. Весной дело жены Абакумова было пересмотрено, и ее выпустили на свободу.
Игорь Викторович всю жизнь прожил под фамилией матери – Смирнов. Он получил хорошее образование и стал известным ученым в области компьютерной психодиагностики. Скончался сын главного карателя СССР в 2004 году.
РАССТРЕЛ
В 1954 году дело Абакумова возобновили, но уже по другим пунктам обвинения. Умер Берия, и Виктора Семеновича включили в список членов «банды Берии». Вместе с пятью другими фигурантами его судили в зале ленинградского окружного Дома офицеров.
Главными обвинениями на процессе стали фальсификация следственных дел, необоснованные аресты, пытки и издевательства во время допросов. Пятерым сотрудникам секретариата вменили сокрытие жалоб заключенных. Виктор Абакумов был приговорен к смертной казни через расстрел.
В исполнение приговор привели 19 декабря 1954 года. Местом казни всемогущего чекиста стал расстрельный полигон неподалеку от Ленинграда, известный, как Левашовская пустошь.
Источник: https://biographe.ru/politiki/viktor-abakumov
