Аннотация

Образы фильма навеяны стихами Александра Блока 1910-х годов.

Среди зелени парков Санкт-Петербурга мелькает белое платье прекрасной незнакомки. Вместе с героем фильма, прообразом поэта, другими персонажами - посетителями ресторана - мы бродим по городу, заходим в рестораны, на вокзал, на прием в богатый и знатный дом. И везде мы встречаем незнакомку. О ней мечтает не только герой, но и юноша-семинарист, говорящий о любви, пожилой служащий, продающий миниатюру, на которой поэт узнает свою незнакомку, и старый поэт, читающий свои стихи-воспоминания о юности и о любви... Поэт стоит у Невы: мимо него проходит шарманщик, а по небу проносится падающая звезда. Тонкая, почти прозрачная фигура в черном облокотилась на перила набережной недалеко от поэта. Вот она, до нее даже можно дотронуться, но ее вдруг уводит другой. Поэт думает, что он потерял ее. В своих скитаниях-поисках он попадает в богатый дом на прием. Внезапно в зал входит женщина в черном - она почти материализовалась, его незнакомка. Но глядя в окно, он снова видит светлый и загадочный образ. Кто из них она, его мечта? Но мечта - как облако, к ней нельзя прикоснуться. В послесловии к фильму снова звучат стихи Блока, посвященные творящему художнику. Кредо художника, как провозглашает Блок: ”Мир - прекрасен”. Также как прекрасен город, родивший поэта и его поэзию. Фантазия и иллюзорность, высокое и низменное переплелось в поэме “Незнакомка”. За кадром звучат песни в исполнении Олега Анофриева.
Подробнее на Кино-Театр.РУ https://www.kino-teatr.ru/kino/movie/sov/4386/annot/

Отобран во фестивалях или мероприятиях :

- Современные русские поэты и русское или советское кино, (kinoglaz.fr), 2026

Кадры, фотографии, видео, тексты

**** Стихотворение -Poème - Poem ***

Незнакомка

Незнакомка

По вечерам над ресторанами
Горячий воздух дик и глух,
И правит окриками пьяными
Весенний и тлетворный дух.

Вдали над пылью переулочной,
Над скукой загородных дач,
Чуть золотится крендель булочной,
И раздается детский плач.

И каждый вечер, за шлагбаумами,
Заламывая котелки,
Среди канав гуляют с дамами
Испытанные остряки.

Над озером скрипят уключины
И раздается женский визг,
А в небе, ко всему приученный
Бессмысленно кривится диск.

И каждый вечер друг единственный
В моем стакане отражен
И влагой терпкой и таинственной,
Как я, смирен и оглушен.

А рядом у соседних столиков
Лакеи сонные торчат,
И пьяницы с глазами кроликов
«In vino veritas!»* кричат.

И каждый вечер, в час назначенный
(Иль это только снится мне?),
Девичий стан, шелками схваченный,
В туманном движется окне.

И медленно, пройдя меж пьяными,
Всегда без спутников, одна
Дыша духами и туманами,
Она садится у окна.

И веют древними поверьями
Ее упругие шелка,
И шляпа с траурными перьями,
И в кольцах узкая рука.

И странной близостью закованный,
Смотрю за темную вуаль,
И вижу берег очарованный
И очарованную даль.

Глухие тайны мне поручены,
Мне чье-то солнце вручено,
И все души моей излучины
Пронзило терпкое вино.

И перья страуса склоненные
В моем качаются мозгу,
И очи синие бездонные
Цветут на дальнем берегу.

В моей душе лежит сокровище,
И ключ поручен только мне!
Ты право, пьяное чудовище!
Я знаю: истина в вине.