«Кино-Правда № 18» связывает удивительное количество мест и сюжетов в одну длинную «гонку кинокамер»; формула, которую Дзига Вертов повторит в более поздних произведениях. Это можно рассматривать и как демонстрацию его идеи, сформулированной в манифесте «Мы» (1922), о том, что «интервалы (переходы от одного движения к другому) суть материал, элемент искусства движения, а ни в коем случае не сами движения». Лифты, самолеты, автомобили, вагонетки, трамваи (следите за эпизодической ролью Михаила Кауфмана) и множество стилей титров объединяются, чтобы перенести зрителя и оператора – самого главного героя – «в сторону советской действительности», где дети,
рабочие и крестьяне разного происхождения пересекаются на улицах города. Эпизод «коммунистического крещения» (октябрины) с его жестким освещением и сложным монтажом также напоминает нам, что Вертов не был
чуждого уровня перформативности для камеры, завершаясь тем, что он ранее назвал «апофеозом: поэзией труда и движения». Luis Felipe Labaki
