1992 год. Стройка коммунизма, как и все остальное, остановлена. На обломках империи шустрые парни ищут свой навар. За одним из них внимательно следит ручная камера Хоменко. Он «мутит» машинами, презервативами, лесом, «варенками», коровами, кормами, вагонами – фланируя между ларьком на рынке и мастерскими местной богемы. «Жава» выходит одновременно с шуньковским «Наваждением», но Иркутск в них превращается в два абсолютно разных города.
